Волжская новь

Трудовая доблесть председателя Большемеминского колхоза Георгия Маслова

Маслов Георгий Александрович для судеб большемеминцев сразу послевоенного периода больше, чем все.

Участник Великой Отечественной войны на Дальнем Востоке, семь лет службы в Красной Армии в режиме резерва на третьей категории продовольственного снабжения  - самой низкой из возможных.  Это когда от цинги чесноком, присланным из дома, обработать десна и потереть корочку хлеба. За время войны из мужчин в семье он остался один: отец умер, четверо братьев пополнили статистику ее жертв. Из 29 ровесников 1916 года рождения, призванных на защиту Родины, в село вернулись четверо. Это они назначили, а колхозники одобрили и избрали его своим председателем сразу после демобилизации в конце 1946 года. В каждой семье босоногая ребятня, часто с рано овдовевшими матерями, и беспросветная нищета. Их положение он знал не понаслышке. Пятилетним ребенком в 1921 его в подпаски взял старший брат Яков, участник революционных событий в Питере, член РСДРП, орденоносец Гражданской. Наравне с ним до подросткового возраста он мыкал горе при мирском табуне свиней.

Не сразу понял в какой омут попал теперь, но твердо решил, что его Родину нужно спасать уже здесь, в Мемях. В первую очередь, как и чем накормить людей. Для начала в зерно пшеницы сознательно подмешал ячмень. Такая смесь не подлежала сдаче в поставку, не отделяется друг от друга, но годилась для хлебопечения. На следующий год ячмень подсеяли в изреженные всходы пшеницы и далее по отработанной схеме. На трудодень выдавали по 3,5 кг «бракованного» зерна (в соседних колхозах 150 гр.). При этом выполнение плана по хлебосдаче – закон. А зерносмесь служила оплатой и во взаиморасчетах за лесоматериалы – нужно было поправлять постройки в хозяйствах вдов, строить жилье для молодых уже послевоенных семей, основной рабочей силы вдобавок к трем сотням колхозных лошадей.  Плотнику за выполненные работы начислялись трудодни и категорически запрещалось запрашивать оплату от хозяина постройки.  Эти и другие инициативы узаконивал председатель ревизионной комиссии, один из воинов-единомышленников, а это даже для прокуратуры было решением последней инстанции.

Отдельно значима его роль в реализации государственного (как доказала жизнь ошибочного) решения об ограничении площади приусадебного участка десятью сотками и ограничения поголовья скота на личном подворье. На сходе граждан председателя сельского Совета обязали изменить отчет (вроде, как некого пускать под нож). «Не изменишь – завтра переизберем», - решили единогласно. Уполномоченного по перемерке огородов вооружил корзиной и семенным картофелем, сам взялся за соху (на огороде соседа). По завершении работы предупредил: «Собери все свои вешки. Найду хоть одну – зарою вместе с колышком!». Были проверки, было наказание, но богатое подворье и огороды в 50 соток еще долгое время были основными составляющими достатка на столах большемеминцев.

Реальная забота о людях, наряду с жесточайшей полувоенной дисциплиной, с успехом развеяли миф о беспросветной безысходности. К составляющим успеха можно отнести и самостоятельность в принятии решений вопреки советам и настоятельным требованиям беспрерывной череды проверяющих. И был нещадно бит. За время работы в качестве сельскохозяйственного руководителя с 1947 по 1966 годы Маслова Георгия Александровича 13 раз освобождали от должности, но всякий раз, спустя 2-3 дня, по ходатайству односельчан, восстанавливали. А он при этом не переставал отдавать распоряжения и контролировать их исполнение под необидные приколы односельчан – исход кадрового решения был ясен наперед. Да, и как это Меми без Егора Александровича – так по свойски обращались к нему в  обществе.

За достижение высоких производственных показателей трудовой коллектив в 1962 году был представлен на ВДНХ СССР, награжден медалью и Красным Знаменен, долгое время украшавшим общественные мероприятия, а Маслов Георгий Александрович был награждён медалью «Трудовая доблесть», которой гордился как оценкой Родины всей его жизни.

Уходя на пенсию сказал: «Мне не стыдно за свою работу. В Мемях не осталось ни одного даже сарая, крытого соломой, не осталось ни одного свободного месте для застройки жилого дома». При этом с печалью нужно отметить, что при всех прочих равных условиях к середине семидесятых годов в ближайшей округе прекратили свое существование девять населённых пунктов со своими колхозами, со своими героями, знаменами, медалями.  А Маслов Георгий Александрович вместе и за одно с большемеминцами пережил все тяготы послевоенного лихолетья, сохраняя оптимизм и, утверждая надежду в лучшее будущее. Положил начало целой династии верхнеуслонских руководителей Николая, Владимира, Георгия, которые честно, достойно и бескомпромиссно продолжили фамильное дело отца – служить порученному делу и людям.

Владимир Маслов, с.Русское Макулово

 

Реклама

               

Следите за самым важным и интересным в Telegram-канале Татмедиа


Нравится
Поделиться:
Реклама
Комментарии (0)
Осталось символов: